Фильмы с Севера

Игорь Шайтанов и Вибеке Хейде о программе короткометражек Games They Play

Перед показом в Архангельске программы Films From The North: Games They Play — тур-программы фестиваля короткометражного кино Tromsø International Film Festival — мы поговорили с Игорем Шайтановым, организатором программы, и Вибеке Хейде, режиссёром фильма «Бункер» — хедлайнера фестиваля.

— Как появилась идея привезти программу иностранного кинофестиваля в Россию?

Игорь: История нашего фестиваля в Тромсё берёт свое начало в 1991 году. Тогда открылась норвежско-российская граница, и возник обширный поток информации из-за рубежа. Мы встретились с огромным интересом к советскому и российскому кино. В этом году фестиваль, кстати, проводится уже в 26 раз.

У нас есть два вида проектов. Первый - это немое кино. Мы приглашаем профессиональных российских и скандинавских музыкантов, и те вместе пишут к нему музыку. А второй проект, в свою очередь, немного моложе. Он представляет программы короткометражного документального кино. Вот сейчас мы собрали такую программу в пятый раз. Наши фестивали развиваются с каждым годом — появляются новые города, новые точки на карте.

— Вы изначально знали свою будущую аудиторию?

Игорь: Нет. Я занимаюсь данным проектом с самого начала, и мне, конечно, очень повезло, что я русский. Нет, правда: я хотя бы мог разговаривать на языке страны, в которой мы собирались показывать кино. Трудности вызывало то, что мы не понимали аудиторию. Большие сложности были и с технической стороной, потому что цифровая революция произошла очень быстро. Когда мы только начинали показывать фильмы, практически везде стояли одни 30-миллиметровые аппараты — было плохо с форматами. Сами кинотеатры не были заинтересованы во взаимодействии. Но мы довольно быстро наладили сетку, и теперь у нас есть постоянные партнеры: это и кинотеатры, и люди на местах. Теперь мы чувствуем, что знаем публику — знаем, как, куда и зачем мы идём.

— Все фильмы вашей программы свежие?

Игорь: С самого начала идея заключалась в том, чтобы показывать большинство фильмов из программы фестиваля текущего года. В прошлом году у нас почти получилось собрать программу из свежего кино — только один фильм был с фестиваля 2014-го. И я думаю, что два года — это вполне нормальный период, потому что фильмы ещё практически не появились в сети. Такие фильмы — свежий материал, который путешествует по фестивалям.

— То есть не все фильмы доезжают до России? По каким причинам?

Игорь: Далеко не все фильмы доезжают до России. На фестивалях программа достаточно обширная, фестиваль очень популярен, ежегодно представляются около 50 работ (иногда даже 60, а в этом году было 44) Из этих работ мы собираем логически завершённую программу, в которой, как нам кажется, есть о чём поговорить с российским зрителем.

— То есть название фестиваля создано специально для русского проката?

Игорь: Проект вырос уже из русского проката, и теперь мы отправляем эту программу и в другие страны — в Швецию, к примеру. Параллельно с российской, например, была премьера в Париже. Мы тесно работаем и с китайцами.

— А как вам архангельские залы, публика?

Игорь: В Архангельске есть разные залы. Мы представляем короткометражное кино, и нам не хочется показывать его в самых больших залах города. Крупнейший зал Архангельска — это большой зал Руси. Там размещается около 500 человек, превращая все мероприятие в некий такой рок-концерт. Ты не общаешься с публикой — тебе приходится что-то выкрикивать ей. Нам кажется, что это немного не тот формат. Хотелось бы спокойного общения, и поэтому зал примерно в 200 мест — в приоритете. Этого, как показал опыт предыдущего года, не хватает на всех желающих — поэтому мы организовали дополнительные показы.

— Кто является хедлайнером фестиваля в этом году?

Игорь: Безусловный хедлайнер — Вибеке. Она приехала с фильмом «Бункер». Именно он завершает программу в этом году. «Бункер» был признан лучшим короткометражным фильмом Норвегии в прошлом году. Мы очень рады, что сейчас она работает с нами. Вибеке с удовольствием сама общается со зрителями.

Режиссёр не может дать прямой ответ — он может лишь задать вопрос зрителю

— Чего стоит ожидать от этой картины?

Вибеке: «Бункер» — драма, основанная на взаимоотношениях героев. Это история о двух друзьях, которые встретились после того, как не виделись долгое время. Две подруги пытаются найти корни былой дружбы. Одна из них — очень ранимая. Она привыкла, что над ней издеваются, свыклась с ролью аутсайдера. Эта проблема влияет на неё и сейчас. Нынешние взаимоотношения окрашиваются проблемами старой дружбы, и всё это превращается в некую борьбу за власть. Фильм снят на севере Норвегии. Идёт примерно полчаса (смеётся). Сложно что-то описывать, конечно.

Стоит добавить, что фильм был построен на импровизации. У нас не было целостного сценария — мы прорабатывали его на протяжении 4 месяцев с актёрами. У нас было только описание сцен, которые должны происходить в фильме.

— Какие чувства может вызвать фильм у зрителей?

Вибеке: Многие люди после просмотра подходили и говорили, что фильм напоминает им о близких друзьях, о былой дружбе. И один из вопросов, который часто задают — есть ли в конце фильма… надежда? Заканчивается фильм, может быть, не очень хорошо, поскольку одна из героинь — достаточно несимпатичный [отрицательный — Брусника] персонаж. Вопрос в том, сможет ли зритель найти в душе место для симпатии к ней, проявить сострадание. Я надеюсь, что люди смогут её понять.

— Этот фильм — Ваш первый?

Вибеке: До этого я сделала два короткометражных фильма, несколько музыкальных видео и документальных фильмов.

— Хотели бы вы попробовать свои силы в полном метре?

Вибеке: Да, в данный момент я работаю над двумя сценариями полнометражных фильмов. Работаю, признаться, не очень быстро. Создание полнометражного фильма, разумеется, дорогой и долгий процесс. Но я пишу.

— Как вы находите спонсоров для ваших фильмов?

Вибеке: Нам в Норвегии везёт — у нас есть специальный государственный фонд, который поддерживает создание кино в регионах. Наша страна достаточно маленькая, и кинорынок тоже небольшой. Мне повезло: я смогла получить финансирование как на региональном уровне, так и от национального фонда.

Иногда, кроме государственных фондов, бывают различные специализированные грантовые системы. Например, банк выделяет какую-то сумму.

Игорь: Но бывают и местные спонсоры, которые поддерживают кино. Да и фандрайзинг существует, конечно.

Вибеке: А ещё компании, занимающиеся постпродакшном, дают скидки короткометражным фильмам, поскольку понимают, что создатели никак не заработают на таком кино.

— Фильм для вас — средство выражения каких-то философских мыслей или эмоций?

Вибеке: Я думаю, и то, и то. Это то, что мне нравится в кино. Фильм — это ещё и возможность исследовать что-то, в том числе себя самого. Как мне кажется, не обязательно оставлять в фильме прямой ответ или высказывание. Иногда хочется поделиться вопросом или взглядом со зрителями.

— Вопрос к вам, как к гостю Архангельска. Что вы думаете о городе?

Вибеке: Я в городе всего несколько часов, но мне очень нравится! Нам провели экскурсию, показали и старые дома в центре, и набережную. Очень интересная атмосфера, теперь хочется ещё и с аудиторией встретиться, поговорить.

— Это ваша первая поездка в Россию?

Вибеке: Да.

— И это третий город на вашем пути?

Вибеке: Да, Мурманск, Апатиты, теперь Архангельск. И все города очень разные. Но они напоминают мне о доме — природой, да и люди не сильно отличаются от наших.

Но, кстати, аудитория в России больше интересуется. В Апатитах у нас была сессия вопросов и ответов, которая длилась полчаса, а в Норвегии люди редко проявляют такую активность.

— То есть все северные люди по-разному холодные?

Вибеке: Что значит холодные? Холодные, но тёплые?

— Считается, что северные люди гораздо более пассивные, закрепощённые, скрытные. Холодные.

Вибеке: Нет, мне так не кажется. Люди здесь не «заморожены», они очень хотят поговорить.