«Самое интересное происходит на концертах»

«NORD BAY» — голос северного портового города

Наверное, каждый согласится с тем, что особая прелесть музыки — возможность, слушая её, перенестись в другие края, ощутить себя вдалеке от дома? Но то, что исполняет архангельский коллектив «NORDBAY», способно совершить нечто иное: оно позволяет изнутри прочувствовать атмосферу портового Архангельска, «северной гавани», в которой мы живём. Участники «NORDBAY» — Долгий Ник, Эван Патриа и Илья Федотов сами рассказали нам о себе.

— С чего началась история вашей группы?

Ник: Всё началось осенью 2014 года. Тогда мы собрались втроём с басистом (он у нас закодирован под именем «Капрал Гусь») и гитаристом Ильёй, который единственный из всех членов группы решил оставить своё настоящее имя — Илья Федотов. Я, кстати, — Долгий Ник, да ещё и Вонючка. Так вот, мы решили вместе просмотреть те идеи, которые у меня на тот момент накопились — музыку, тексты. Послушали, начали переделывать и дополнять, создавать совместные песни. Чуть позже встретились с нашим нынешним ударником Эваном — он тогда искал возможность «пристроиться» в какой-нибудь коллектив барабанщиком

Эван: Да, стоит отметить, что я до этого никогда не играл блюз — но ребята сумели показать мне то, что это действительно сильное музыкальное направление. Произвели впечатление, можно сказать. Тем более это даже не совсем блюз — это смешение многих стилей, такая «американская народная музыка», но по-архангельски.

Фото: NORD BAY / ВК

Ник: Позже, окончательно оказавшись вчетвером, решили, что играть «просто блюз» будет неинтересно и нам самим, и нашей будущей публике — очень привычно для Архангельска. Великая блюзовая эпоха и, чуть позже, блюз-роковая эпоха, из которой вырос весь хард-рок — уже в истории. Нужно двигаться дальше, делать что-то более современное, интересное, скандальное, остренькое. Решили сделать не просто приставку «блюз-панк» к названию группы, а действительно играть нечто именно в этой среде.

Эван: В данном случае «панк» — это больше по звуку, конечно. У нас это значит, что звук такой необработанный, с большим количеством импровизаций на сцене. И, конечно, тексты. Остро-социальные, я бы сказал. Коля у нас попробовал жизнь с низов.

Ник: Ох, да. Много чего на самом деле приходилось делать, много где работать — и грузчиком, и дворником, и разнорабочим. Есть что передать в песнях.

— Получается, что ваше направление включает в себя целый перечень музыкальных стилей. Можете сами объять этот список и охарактеризовать музыку «NORD BAY»?

Илья: На мой взгляд, подобное вешание ярлыков — не что иное, как голое пустословие. Лучше один раз услышать и увидеть, чем прочитать сотню километровых анонсов. Мне самому импонируют группы, которые себя не афишируют, а берут музыкой. Самое интересное происходит на концертах.

Фото: NORD BAY / ВК

— Что такое «гармошечный блюз», о котором бывает написано на ваших афишах?

Илья: Пожалуй, одна из важнейших составляющих нашей музыки — это губная гармоника, которой владеет наш фронтмэн, причём владеет очень хорошо. Это, скажем, своеобразная дань блюзовой традиции. У Коли вообще их целая коллекция. Выглядит внушительно.

Ник: Скажешь тоже, «внушительная». Всего-то одна сумочка — 8 гармоник.

Эван: Гармошки, к тому же, очень быстро ломаются — такой своеобразный расходный материал. Как палочки барабанные. Но звук дают особенный, по-настоящему блюзовый. Без них будет совсем не то.

— Почему именно «NORD BAY»?

Ник: Потому что не стоит забывать, что наш Архангельск — город портовый. Звук, лирика, музыка, стилистика группы крутятся вокруг того, что может происходить в маленьком портовом городе — грязноватом, грубоватом, возможно даже в каком-то прокуренном кабаке. Тем не менее, всё это не лишено особой атмосферы и обаяния. Поэтому всё крайне просто и с точки зрения произношения названия, и с точки зрения понимания: северная гавань — NORD BAY — два слога, два слова, которые вмещают в себя всю суть того, что мы исполняем.

Фото: NORD BAY / ВК

— У вас есть постоянные слушатели, поклонники вашего творчества?

Ник: Наш самый главный слушатель и поклонник, который не устаёт нам об этом напоминать — наш басист, тот самый Капрал Гусь.

Эван: Да, и ещё хочу отметить, что когда мы приезжаем с концертом в другой город — Северодвинск, например, мы можем найти общий язык с любой аудиторией. Когда мы первый раз выступали в «Гараже», в зале были такие типичные представители мужчин лет за 40 с тёмным прошлым. Садишься за барабаны, смотришь в зал и думаешь: «Ой, что сейчас будет-то?». Сыграли одну песню — тишина. «Ну, всё, — думаем, — кажется, сейчас нас будут бить». И тут с задних рядов: «Не, ребята, блюз — это клёво». Выдохнули, и отыграли дальше «на ура».

— Описывая свою группу, вы акцентируете внимание на отсутствии каверов в репертуаре. Почему вы против каверов?

Илья: Да нам просто лень (смеётся).

Эван: Ну да, а вообще, блюз — это в целом один большой кавер, он построен на стандартах. Если играть каверы на каверы — будет очень странно, не находите?

Ник: Можно играть не каверы — можно играть стандарты. Отсутствие каверов помогает немного отличаться на нынешнем музыкальном поле Архангельска.

Эван: Да, кавер-бэнды, которых сейчас очень много, собирают полные залы. Но взять, допустим, «Live Battle» в «Колесе», где выступают молодые команды, пишущие своё — оно собирает не меньшее количество публики. Хотя кавер каверу тоже рознь — если пропускаешь композиции через себя и выдаёшь что-то уникальное, то почему нет? Тогда каверы вообще можно назвать особым направлением в музыке.

— Все участники вашей группы родились в Архангельске?

Ник: Я родился и вырос в Северодвинске, но уже давно живу тут. Поэтому я скорее архангелогородец.

Эван: А мы все и родились в Архангельске, и живём.

— Были мысли рвануть в столицу, заниматься музыкой там?

Эван: В столице придётся тратить во много раз больше времени и сил на дорогу, на работу, и меньше на творчество. Небольшие размеры города наоборот позволяют больше времени уделять творчеству, расти и развиваться.

Фото: NORD BAY / ВК

— Какие коллективы вам импонируют?

Ник: Я бы отметил из наших местных северодвинско-архангельскую группу «Ягода Гало» — за то, что им удалось сделать действительно творческий проект, и выдержать испытание временем. Также из местных блюзовых — «Гарах Бенд», классический пример ритм-энд-блюза, при этом русскоязычный. Жаль только, что Роман Ботов, замечательный архангельский харпер, мастер губной гармоники, с ними сейчас не играет, да и вообще его почему-то не видно на сцене в последнее время. Ещё наш сосед по северу, замечательный вологодский блюзмэн, Виктор Колесов и их команда — «Петрович Блюз Бенд». Их творчество — блестящий пример того, что можно сохранять классическую блюзовую традицию, адаптируя её под русский язык и некий «региональный компонент». У них, например, есть песня о речке Золотухе, о зимовке во льдах.

Эван: У них немного другой северный город, там речка, не моря — и мотивы уже немного другие. Это интересно, правда. Вообще, можно сказать, что всем нам импонируют блюзовые коллективы, которые способны на импровизацию, потому что она — краеугольный камень блюза. Без неё реально никуда. У нас в Северодвинске есть довольно необычный коллектив — «Дэнни Гай». Они играют очень интересную музыку — некий панк-джаз с элементами Тома Уэйтса, «агрессивный свинг» даже можно сказать. На сцене они ведут себя достаточно развязно, а в жизни — весьма скромные люди, с которыми в перерывах в пору вести философские беседы. А молодых коллективов, кстати, сейчас не так много, это немного огорчает.

Ник: Да, возможно многим молодым музыкантам сейчас не хватает желания делать что-то вопреки моде, вопреки собственным способностям — или своим представлениям о собственных способностях. Я, например, тоже долго хотел научиться играть на гармонике. Научился же? Нужно не бояться пробовать, в первую очередь.