Люди Севера: Иван Варганов

Практикующий психолог рассказывает о поиске себя и своей профессии

Есть люди, у которых не сразу всё получается. Не сразу получается найти профессию, не сразу получается найти тех, кто будет тебя понимать и поддерживать. Иван Варганов, прежде чем стать известным архангельским психологом-практиком, перепробовал разные профессии: от электрика до программиста. Поступил сначала в колледж. После — в университет. Но ни там, ни там не срослось: учеба быстро надоедала. Иван менял сферы деятельности как перчатки. Однако это дало много поверхностных знаний, что сыграло впоследствии для него важную роль. Нашёл себя в психологии. Сейчас Иван практикующий психолог: ведёт семинары в психологическом клубе и даёт частные консультации.

«Мне нравится быть психологом, потому что постоянно нахожусь в развитии»

Ваниному клубу психологии уже пять лет. Всё началось вообще не с его инициативы, а в итоге вылилось в основную деятельность. В антикафе требовался ведущий, знающий психологию. Ивана это зацепило, и он устроился туда. На встречах часа два люди смотрели фильм, потом обсуждали его и расходились. Ивану быстро это наскучило, и он подумал, что лучше из этого психологический клуб сделать. Руководство согласилось. Вначале в клубе встречи состояли из психологических упражнений, тренингов и обсуждения их. А потом, когда Иван овладел методикой рационально-эмоциональной поведенческой терапии, начал давать частные консультации, он стал добавлять во встречи психологического клуба конструктивность и информативность. И уже сам готовил семинары, рассказывал о разных психологических явлениях.

Поговорили с ним об учёбе в университете, работе психолога и стереотипах клиентов.

— В чём заключается твоя работа?

— Моя деятельность — это просвещение. Основа РЭПТ1 (рационально-эмоциональной поведенческой терапии — ред.) в этом и заключается. Помочь человеку понять то, что с ним происходит, помочь стать самому себе психологом. А для этого нужны знания, навыки, умения. Специфические причём, научно-доказанные. Получается, что на консультациях я этим и занимаюсь: объясняю человеку, что с ним происходит, как это можно преодолеть, решить. И психологический клуб, соответственно, в плотной спайке идёт с консультациями. Я занимаюсь в психологическом клубе точно таким же просвещением. Рассказываю о структуре психики, о её процессах и их взаимосвязях.

Просвещения вообще сильно не хватает у нас людям. Они не понимают, что такое эмоции, что такое поведение, не понимают взаимосвязи того и другого, не осознают связи с мышлением. Многие об этом вообще даже никогда не задумывались. Нужно им рассказывать.

— Чем тебе нравится твоя профессия?

— Работа психолога — это постоянное развитие. Это самое прикольное. То есть я не могу просто так консультировать, не могу просто так рассказывать, мне надо постоянно что-то в себе развивать. Представь: приходит к тебе человек с темой, а ты с ней не знаком. И основы-то знаешь, вот и идёшь изучать все аспекты проблемы. Исследования поднимаешь, благодаря этому, кстати, у меня психологический клуб появился. Я изучаю все аспекты темы, а потом прихожу и вываливаю ребятам то, что откопал или явления, которые обнаружил благодаря клиентам.

Фото: Михаил Прынков / vk.com

— Ваня, ты говоришь о методике — РЭПТ. Откуда она у тебя? Благодаря университету?

— Да. Правда, это был отдельный курс, отдельное дополнительное образование. Я о нём узнал на четвертом курсе, мне тогда его преподавательница порекомендовала. «Ого!» — подумал я. Сорок тысяч за курсы! К нам приезжал специалист из Америки — Елена Ромек. Чудом её привезли сюда, я последние деньги наскрёб и пошёл. Курсы шли на протяжении двух лет. Это как заочное образование — раз в полгода у нас были сессии Еленой Ромек. На моём последнем курсе выпал государственный экзамен и РЭПТ в один день. Передо мной стоял выбор — куда пойти? И я решил пойти на РЭПТ, потому что понимал: экзамен я смогу пересдать, а вот РЭПТ могу и не окончить. А мне это прямо надо было! И я подумал: «Да ладно, останусь без диплома, зато буду иметь рабочую методику». Но госэкзамены в последний момент перенесли, и я успел и туда, и туда!

— Нравилась тебе учёба твоя?

— Она мне не нравилась, но я делал так, чтобы она мне нравилась. Я докапывался до преподавателей, постоянно задавал неудобные вопросы, я был как заноза: ходил и всех терроризировал. Меня считали чокнутым, но зато, когда я одногруппникам помогал, меня считали гением. Когда я всех спасал от двоек, всем делал методички или шпаргалки, все были довольны. Но то, что я везде лезу и все выясняю, они не понимали.

Сейчас вот вспоминаю, в институте так много какой информации полезной надавали. Учиться без смысла вообще бесполезно. Если идти учиться, не имея вообще никакого смысла, то всё. Как вот большинство студентов? Они ничего не помнят, ничего не понимают.

— Почему решил пойти учиться на психолога?

Наверное, потому что с людьми хотелось общаться, помогать им. Да и раньше друзья постоянно говорили, что я хороший психолог. Теперь-то я понимаю, что это не так. Потому что они подразумевали под словом «психолог» того, кто их выслушивает и слюни им подбирает, а психолог-то оказался совсем другой человек, совсем другая профессия. Так вот и получается, что из-за стремления стать кем-то полезным, нужным, хорошим.

Фото: Михаил Прынков / vk.com

Не все разговоры с психологом платные

Существует стереотип, что дружба с психологом — это нечто платное. Однако он обусловлен тем, что люди понимают профессию психолога неправильно. Они считают, что психолог — это тот, кто много говорит. А суть в том, что консультирование — это совершенно иной процесс, не просто говорение.

— Когда я на консультации, то в голове перебираю гипотезы, формулирую различные концепции, — объясняет Ваня. — Я работаю с интеллектуальными объектами. Это как собирать головоломку. Постороннему наблюдателю не видно самого мыслительного процесса, поэтому кажется со стороны, что всё легко и просто. Психолог на консультации много думает: вспоминает теорию, исследования, строит гипотезы, проверяет их и подбирает нужные вопросы. А когда психолог с друзьями разговаривает, ему нет смысла концепции строить. Между ними происходит совсем иное общение. Качественно другое. Почему за него надо платить? Нет, не надо.

— Когда ты общаешься с друзьями, они же тебе жалуются. Ты не пытаешься им помочь?

— Автоматически хочется помочь — это да. Навык специфический. Начинаю вылавливать ключевые фразы иррационального убеждения, вижу ошибки мышления и указываю на них. Бывает. Так и что? Всё равно за это надо платить, что ли?

Пример расскажу! Пришёл однажды клиент, мы сидим разговариваем. Час уже прошел. И я ничего не говорю, продолжаем. И вот полтора часа сидим и потом заканчиваем. И клиенты постоянно спрашивают: «Вот мы же на полчаса дольше сидели, надо больше заплатить?» Я говорю: «Нет, не надо больше платить, потому что сидеть на полчаса дольше — это моё решение. Если бы я хотел за это оплаты, я бы с вами договорился. Вот на полчаса больше сидим, на полчаса больше оплаты, договорились? Вот тогда да. То есть если с психологом разговариваешь, и он с тобой не договаривается об оплате, то оплаты не должно быть.

Или вот ещё по-другому. Необходимый предмет консультации — это договор. Психолог и клиент договариваются, что они будут делать и на какую стоимость. Без договора никак — он необходим. Соответственно, у друзей договорённость другая. Там ни о какой оплате речи нет. Поэтому если психологу вдруг что-то переклинит, и он начнёт требовать деньги за разговор, то зачем такой психолог нужен? Не было такого договора, чтобы за простые разговоры требовать деньги.

— Люди с множеством ошибок мышления тебя не раздражают?

— А с чего они должны меня раздражать? Мне интересно с ними работать. Это как… головоломку решать!

Приходит ко мне человек, у него там всё запутано в голове. Мало того, что запутано, так он ещё и не всё рассказывает, а мало того, что не всё, так ещё и не так. Соответственно, надо распутать, разложить единую схему, нужно сформировать гипотезу, нужно гипотезу проверить, нужно сделать так, чтобы эту гипотезу другой человек тоже воспринял. Было бы прекрасно, если бы гипотезы человек сам начал выдвигать и проверять. Собственно, конечная стадия терапии — это когда клиент может сам создавать гипотезы, их проверять и более рационально смотреть на мир. Чё тут терпеть-то? Что они ревут, кричат или что? Ну пусть кричат, пусть ревут. У меня салфетки есть. Если они ревут, я им салфеточку даю.

— Ваня, посоветуй читателям, как лучше всего подойти к выбору психолога?

— Обязательно нужно проверить образование, почитать отзывы, уточнить, какими проблемами он занимается и в чём силён. Психолог должен быть спокойным и никуда не спешить. Ни в коем случае не рваться советовать что-то. Иметь минимум три трактовки, взгляда, гипотезы на одну и ту же проблему. Владеть не академическим жанром, а разговорным. Причём не сверху вниз говорить, а на равных. Уметь объяснять на пальцах. Иметь в запасе вариантов 10 объяснения, в том числе и через метафоры, сложных психологические явлений. Эмпатия должна быть! Куда ж без неё. Читать язык тела — ведь это дополнительная информация о том, как человек относится к тому или иному событию.


1. Рационально-эмоционально-поведенческая терапия (РЭПТ) — направление в психотерапии и психологическом консультировании, предложенное Альбертом Эллисом в 1955 году.

«Главная цель РЭПТ заключается в выявлении и корректировке иррациональных („магических“)убеждений. РЭПТ помогает сделать их осмысленными, соответствующими реальности, жизненным целям человека, интересам его личности. А изменение центральных убеждений влечетза собой изменение и эмоций, и поведения» (Ромек Е. А. Логика эмоций // Аналитика культурологии, 2010)

«РЭПТ — эффективная философия обыденной жизни. Проще говоря, привычка мыслить рационально. Позволяет, во-первых, лучше понимать себя, свои эмоции, порывы и желания. Во-вторых, увидеть структуру того или иного переживания, а так же его суть, смысл и функцию. В-третьих, без всякого принуждения или насилия над собой сформировать такой взгляд на мир и самого себя, который позволяет меньше тревожиться, переживать и действовать гораздо более эффективно и с удовольствием» — пояснил нам Иван.